After falling in replica handbags love with Beatrice,gucci replica handbag Pierre immediately worked hard. In 2009, after dropping out of college, he took over a hermes replica handbags construction company founded handbag replica by his father and became a replica handbags major shareholder. Later he became the vice president of the Monaco Yacht Club. Personally, it has reached 50 million US dollars.
Александр Белов, 26 September 2019 Происшествия
"Шабалин украл не у меня, а у детей-сирот"
Написать автору

Сегодня в Ленинском районном суде посредством видеоконференцсвязи из Пресненского суда Москвы допросили художника Никаса Сафронова по делу о хищении в Ульяновске 13 его картин в 2015 году. 

Перед началом допроса Никас Сафронов, явившийся на допрос с адвокатом Татьяной Осокиной подтвердил, что поддерживает ранее поданный гражданский иск на 1,85 миллиона рублей. По его словам, это цена похищенной и до сих пор не возвращенной ему картины "Свобода или Птичья жизнь в клетке". Ответчиком по делу выступает бывший директор Ленинского мемориала Эдуард Шабалин. 

Всего в Ульяновске, по версии обвинения, было похищено 13 картин. Часть из них были позже обнаружены следователями при обыске в кабинете бывшего директора Мемцентра Эдуарда Шабалина - под потолком. 

Сам Шабалин на протяжении всей трансляции из Москвы демонстративно отвернулся от присутствующих в зале суда и сел так, чтобы видеть своего оппонента на экране, но не попадать в объектив видеокамеры. 

Сафронов рассказал, что познакомился с Шабалиным в 2008 году, когда тот предложил ему организовать выставки картин по городам России и зарубежья. 

- Я дал согласие, Шабалин забрал у меня по описи 89 картин и стал выставлять их по городам, - рассказал истец. - Между нами был заключён договор, который он всячески нарушал и в итоге остался должен мне 30 тысяч долларов США.

Финансовые разногласия послужили поводом для разрыва отношений. Картины были переданы другому человеку для организации выставок и в итоге попали в руки нынешнему арт-директору Сафронова, а до того - помощнице Шабалина, Натальи Христенко.

Никас Сафронов рассказал, что в 2015 году Христенко организовала выставку работ Сафронова в Ленинском Мемориале. При этом она обратилась за содействием к Шабалину, о чем сам художник не знал. После завершения выставки Христенко обнаружила пропажу четырёх картин. Сообщила об этом Сафронову, который, в свою очередь, заявил о преступлении в правоохранительные органы. 

- Христенко сказала, что подозревает в содеянном Шабалина, - отметил Сафронов. - Охранник Ленинского Мемориала видел, как незадолго до случившегося из здания центра выходил Шабалин, держа в руках некую картину. 

После возбуждения уголовного дела, по словам истца, на него вышел представитель Шабалина с просьбой о встрече. 

- Я отправил на переговоры приятеля Юрия Растегина, - пояснил Сафронов. - Представитель Шабалина предложил 10 миллионов рублей, чтобы закрыть дело, то есть, чтобы я забрал заявление о краже. От предложения я отказался, заявив, что в деле должны разобраться органы следствия. 

Далее речь зашла об оценочной стоимости похищенных картин. Проведённая специалистами экспертиза установила стоимость каждой из работ в сумму от 500 тысяч до трех миллионов рублей.

Сторона защиты предъявила суду сертификат, выданный Сафроновым при продаже одной из картин номиналом 20 тысяч рублей. 

На это Сафронов пояснил, что в период следствия к нему в студию пришли люди Шабалина. 

- На тот момент я не знал, от кого они, поэтому при продаже картины стоимостью в несколько десятков тысяч рублей откликнулся на их просьбу указать в сертификате заниженную цену. Якобы это подарок впечатлительному родственнику, которого могла бы расстроить высокая цена подарка, - рассказал потерпевший. 

Адвокат Сафронова Вячеслав Чагинский спросил подзащитного, какие чувства испытал он, узнав о краже. 

- Свои отношения с людьми я всегда строю на доверии, - ответил художник. - Я и предположить не мог, что директор музея, которому государство доверило огромное количество ценностей, способен на кражу. Служители церкви не тащат же к себе домой иконы из храма! Произведения искусства должны принадлежать людям, поэтому я всегда за проведение выставок, которые, к слову, не приносят мне особого дохода. А то, что есть, я отдаю на благотворительность. Шабалин украл не у меня, а у детей-сирот. 

В завершении допроса Сафронов попросил прощения за свою эмоциональность. 

- Я очень волновался, ведь это моё первое участие в суде. Я даже не спал ночью, думал, что придётся выступать перед большой аудиторией, - признался художник, попросив судью освободить его от дальнейшего участия в слушаниях. 

Тут впервые дал о себе знать Шабалин, потребовав личного присутствия оппонента в зале суда для предъявления ему расписок, заявлений, фотографий. 

- Я даже не знал, что на заседании присутствует Шабалин, - отреагировал Сафронов. 

Судья Юлия Потешкина в итоге ходатайство потерпевшего удовлетворила, объявив очередной перерыв. 

Написать автору

Отправить сообщение